Other Unique Deals

Charity: $5 to Help Mikhail Eryomin

$5
No longer
available
Value
$5
Discount
0%
You Save
$0
The deal ended at:
00:00
11/07/11

Deal Details:

Surgery and rehabilitation costs are estimated at $1,500 per day

Deal Highlights:

100% of your contributions will be sent to Mikhail Eryomin toward his medical treatment


The Company

New York Plus Plus
website

55 Bethune St, Suite 952H
New York, NY 10014

View larger map

Please help Mikhail Eryomin: he is about to undergo an expensive surgery and treatment in Israel, which is estimated to cost $1,500 per day.

A wonderful Russian poet of the Joseph Brodsky’s generation, Eryomin recently suffered a hip fracture, and the treatment process is substantially complicated by his severe case of osteomyelitis. He lives in St. Petersburg, but the seriousness of his condition makes the surgery impossible in Russia: hence, the need to go to Israel for special treatment.

His family would appreciate any contribution, no matter how small.

Here is what Joseph Brodsky once said about Mikhail Eryomin:

«Еремин – неуклонный минималист. Вообще поэзия как таковая и есть концентрация языка: небольшое количество строчек и масса пустого пространства вокруг. Еремин возводит концентрацию в квадрат: словно бы уже не язык, а сама поэзия концентрируется в стихотворение. (…) Самое замечательное, что все это написано для самого себя, для своей собственной идеи родного языка. Стихи Еремина можно назвать футуризмом, в том смысле, что такому роду поэзии принадлежит будущее»

Рангоут окна – созерцать застекленные воды,
Из коих явленный,
Три века дрейфующий кеннинг
На диво – проклятья, потопы, осады и бунты –
Остойчив, а розмыть –
Ну, слава-те, вот и сподобились:
ныне, как некогда,
В два клюва, –
Кровавую печень клюет.

Нет, не грустить о славных временах
Народных пирожков с начинкой
Из ливера еретиков, – но, скажем, примерять личины
(Напялил, словно маску кости таза,
Изящно позвоночник изогнул –
Подобно хоботу противогаза,
И стал неузнаваем вельзевул.) и
Беседовать о самоценности плацебо.

Когда витраж – во весь закат сквозистый березняк –
Преоплощается во фреску,
Покинуть сельское укрытие как соумышленнику
Осуществления ночного
Пространства, где тактильна тьма (Над нею купол
Парящий – акциденциальность древостоя, стен, столбов,
Атлантов, на которых оный исстари
Покоится.), и, следовательно,.. невечна?

И мрамор чёл –
О как прекрасны биогенные объемы эрратических
Героев и божеств! –
И трещины (Морщины? Или каннелюры?)
Стволов под кронами внакрой, и
Тайгетский вопль: “Что жизнь?!” –
Не емкость же. А тело –
Процесс и цель.